Гариб Елена Владимировна

Встречу с волшебным городом Сан-Франциско крепко подпортил дождь. Но, тем не менее, лучше быть в СФ в дождь, чем не побывать вообще. Лучше вымокнуть под льющимисяся на открытую «палубу» туристического троллея струями (на самом деле местный троллей - это просто стилизованный донельзя под старину автобус), чем трусливо отсиживаться внутри. Так хотя бы есть шанс хоть на миг поймать и запомнить навек головокружительный изгиб авеню (или как их там), холодные зеркальные стены небоскребов, идиллию парков, смачную жизнь Маленькой Италии и Чайна Тауна. Пусть и ценой насквозь мокрых ног…

Впрочем, изрядно капало даже на спасавшихся внутри. Дежурное полотенце для вытирания сидений промокло насквозь…

В Сан-Франциско мы приехали к полудню. Дождь начал капать еще в пути , к моменту прибытия на легендарный 39 пирс, культовое для всех туристов место, лило уже как из ведра… Остров Алькатрас с одноименной давно омузеенной тюрьмой расплывался в морской дали романтическим и недосягаемым пятном… По случаю такой погоды туристы текли по пирсу не реками, как обычно, а тоненькими ручейками. Но все равно за 7 минут стояния под фирменным рыбацким знаком (см фото), где мы ждали наших товарищей, меня попросили щелкнуть с этой вертикальной дурой раз пять. Среди желающих запечатлеется были маленькая филлипинка, мексиканец, индус и разбитная американская компания. И все это под проливным дождем!

В такую погоду свою бурную «неподвижную» деятельность свернули даже живые уличные статуи. По туристической зоне уныло брел куда-то со своем своим скарбом позолоченный с ног до головы мужичек в цилиндре. «Сматывал удочки» местный клоун. Только патлатый старый нищий, больше похожий на хиппи, так и остался лежать на мостовой в насквозь мокром одеяле, и стрелять у прохожих «any money», то есть сколько кто может…

Не унывали также местные чайки и голуби, беспрецедентные по своей упитанности и наглости. Чайки расхаживали повсюду прямо под ногами туристов, с видом хозяев жизни сидели на припаркованных машинах и на парапете набережной. А голуби не стеснялись клянчить подачки прямо на балкончике мега-булочной, совмещенной с рестораном, где у нас был ланч. И действительно, голуби основательно поживились из наших рук остатками хлебных шаров (breadballs), хотя явно не были голодны и скорее снисходили.

А уже через полчаса туристический троллей несся по головокружительно наклонным улочкам, застроенным дивной красоты и изящества домиками в колониальном, псевдо-колониальном и неоколониальном, а также прочих выспренных стилях ;-) Понять хотя бы что-то определенное (кроме разве что имен селебритиз и географических названий) из экскурсии, которую для нас с ДИКИМ акцентом озвучивал водитель-латинос, было невозможно. Так что, отринув информационную составляющую, мы просто наслаждались захватывающей гонкой вверх-вниз, под невообразимой для городского движения остроты углами. Как тут можно припарковать машину, не завалив ее набок, не говоря уж о «проехать», ума не приложу.

Перед Бэй-бридж (серым большим мостом) мы успели попозировать еще на въезде в центр, до дождя. С пресловутыми Золотыми воротами повезло меньше, можно сказать вообще не повезло. Верхушки моста утопали во влажном тумане над заливом, на объективы падали коварные капли… Убрать на минутку зонт, чтобы запечатлеться для потомства, было почти равносильно подвигу. И все же мы справились! Какие ни на есть, но фотки с главной достопримечательностью Сан-Франциско остались.

Героями же дня для всех участников события стали двое серферов, которые паслись в мягко говоря не жарких волнах под Голден Гейт, то и дело вставая на секунду-две-три на свои доски. Хотя, возможно, парням в гидрокостюмах было теплее, чем нам. У них был свой fun.

Наш же нехитный туристический funбыл, пряча от дождя фотоаппараты обниматься на набережной со статуей некого marinА, и, вопреки скорости и тряске, пытаться снять с подножки трамвая панорамы Сан-Франциско. Площади, с пальмами, увитыми светящимися гирляндами, бесконечные лавки с luxary, уходящие круто вверх или вниз бесконечные улочки, пересекающие Ломбард стрит, улицы Калифорния, Коламбус и уже почти родную по звучанию улицу Сакраменто.

Единственное, что не удалось запечатлеть, так как скорость была приличная, так это местных по-особенному стильно одетых и причесанных мужчин - парней и джентельменов постарше. Они то и дело попадались на улице, шли мимо поодиночке и парами, особенно выделяясь среди запаренных туристов и унылых служащих… Такие душки! А на некоторых домах (в Сакраменто, кстати, тоже) открыто висели радужные флаги. Лужков бы тут точно с досады съел свою кепку…

Больше в общем-то и рассказывать нечего. Не перескажешь же в двух словах холодное дыхание Тихого океана, полумрак старинного форта, одуряющий запах эвкалиптовой рощи, вдруг возникшей как из под земли чуть не в центре города…

Короче, кроме «обзорки» мы больше ничего толком не успели, кроме, разве что, ожесточенного шоппинга. Он был остро необходим, так как у некоторых возникли проблемы с обувью… Кто же знал, что в Калифорнии может быть так холодно и мокро. У меня проблем не было, но зачем отрываться от коллектива. Поэтому у Сони теперь много новой обуви на все сезоны, от сапог до шлепок, а у мужа и кузенов по паре джинсов, все из Сан-Франциско. И плевать на грабительский калифорнийский taxsale!

Весь дождливый день и ослепительно прекрасный, ни на что не похожий город, пролетели мимо стремительно и беспощадно. На закуску, уже в темноте, остались ужин в приличном итальянском расторане (фото мидий и их поклонниц прилигается) и победа Сан-Франциско Джайантс. Игру все смотрели по телику, то и дело бегая в бар, ибо событие знаковое. В результате Гиганты первый раз за 8 лет вышли в Мировую серию (впрочем, поскольку бейсбол - чисто американский вид спорта, на самом - в Национальную).

..

У меня от Сан-Франциско осталось редкое для меня, особы довольно поверхностной, ощущение недосказанности, недоисследованности, даже несостоявшейся большой любви. Видимо, чтобы приподнять завесу его тайны надо там не просто побывать, а провести хотя бы неделю. Лучше - месяц. Или год J В идеале – жить и жить, вдыхая запах Тихого океана, карабкаясь в гору или наоборот… Но на то он и идеал, что недостижим и потому прекрасен.