Александр

Cолнце… В Хорватии оно совсем не такое. Солнце прогревает все вокруг: небо, море, сосны, цветы, лужайки и вон тот паровозик, что везет сонных от тепла туристов…

Ты чувствуешь, как лучи мед-лен-но проникают внутрь. Нежно и ненавязчиво. Тело наполняет пьянящей истомой. Где-то глубоко в тебе вдруг просыпается улыбка. От живота она медленно ползет вверх, словно истрийское вино, наполняя узкий бокал…

Уголки губ расслабляются. Все тело дышит непривычным, сладким, пьянящим эфиром. Ты приоткрываешь глаза и видишь источник чудного аромата: над тобой вековые сосны, а у их подножия — россыпь красных, желтых, сиреневых цветов.Ты переводишь сонный взгляд опять вверх. Ствол сосны вдруг оживает… Необычный рельеф переливается по стволу снизу вверх. Спустя секунду ты ловишь взгляд хитрых глаз. Так и есть — белка, схватив приманку у друга-бармена, удирает ввысь.

За твоей спиной море. Полный штиль Адриатики и где-то вдали — Венеция…

В это время официант подносит к столику обед. Сладкий томатный суп, рис с запеченными креветками, вино. Ты выпиваешь глоток… Капли медленно катятся по пересохшему горлу… И ускользают вниз… Местный обычай запивать пищу вином в эту секунду превращает тебя в коренного хорвата. Интересно, как по-хорватски «Нирвана»?..
x x x

Стюард касается твоего плеча и, глядя по-отечески в глаза, произносит сакраментальное:
«Наш самолет начинает снижаться. Пожалуйста, пристегните ремень и приведите кресло в вертикальное положение…»

Есть пристегнуться… Эх, и ради чего такой сон испортили?

- Серег, не хочешь сесть за штурвал? - слышу шепот из соседнего кресла.

В ответ басок:

- Я ышо не достаточно выпил!

… Все по-разному, но к посадке в солнечной Хорватии мы вполне готовы.

x x x

Внизу облака. Какое непривычное дело — разглядывать жизнь из иллюминатора. Во всяком случае — для меня.

Облака… Слоеным пирогом они отделяют воздушный корабль от далекой земли.
«Уважаемые пассажиры! Наш самолет будет находиться в зоне турбулентности…»

Слоеный пирог смыкает свои ряды и на несколько минут становится грозным препятствием. Я сижу у «окна» и вижу, как дрожат от напряжения крылья огромной птицы.

Постепенно дрожь исчезает и густой белый дым под нашим брюхом расплывается в стороны. Словно занавес. На секунды между створками густой белой массы проглядывает горный массив. Помните физический атлас Земли? Он сейчас подо мной. Во всем великолепии: с чередованием коричневых вершин, зеленых лесов и темно-желтых полей.
На мгновение облака опять смыкаются, но только для того, чтобы подготовить путника к внезапному учащению пульса.

Море… Оно появляется, как всегда, неожиданно. Земля Хорватии причудливым образом огибает воды Адриатического моря и, такое ощущение, что ни разу не повторяется. Изрезанные силуэты береговой линии словно созданы рукой гениального художника. Картинки из путеводителя в межоблачном варианте несравненно красивее.

Я приникаю к стеклу. Время полета больше не существует и сердце бьется по-новому, наполняя кровь предвкушением неизведанного.

Здравствуй, Хорватия!..

x x x

… После ЕВРО-2008 кто-то удачно скажет:
«Между матчами с Испанией Россия провела потрясающий чемпионат!»

Примеряя к отпуску в Хорватии, который был неотделим от футбола, перефразирую:
«Между дождями 18 и 28 июня я провел великолепный отдых» Именно так: дождь застал меня в день прилета, по дороге из аэропорта в отель и, переждав 10 дней, сопроводил меня в обратном пути.

18 июня. Аэропорт. Тоскливым взглядом мы смотрим на хорватские тучи. Короткими перебежками — а кому здесь охота доставать зонт? - перебираемся из аэропорта в автобус.

- Давно ли идет дождь? - спрашивает мой сосед по автобусу у хорватского водителя.- Is It raining for a long period? - уточняю на всякий случай.

Водитель, не понимая, разводит руками и выдает дежурную фразу, что мы едем в отличные отели.

«Может, не любит русских? Прикидывается?» - мелькает предательская мысль.

И только спустя несколько дней я узнаю, что «дождь идет» по-хорватски — «Киша пада».

Ну и как ему было нас понять?..

x x x

Мы едем по Истрии. Земле, где причудливо сплелись итальянские и славянские корни. В III веке до н.э. истры сцепились с римлянами в борьбе за территорию. На счастье истров, им не вдалбливали в школе про величие Древней Римской Империи. поэтому аборигены никаких комплексов не испытывали и 200 лет успешно отбивались от назойливых гостей. В III веке, однако, истры подустали и взяли таймаут в гонке вооружений с западным миром. Другими словами, земля на северо-востоке современной Хорватии перешла к римлянам.

Началось строительство римских поселений, ввели римское право и латинский язык. В это время и возникли красивые города Пореч, Пула, Ровинь… Амфитеатр, форум, триумфальная арка, храм императора Августа — это перечисление отнюдь не построек города Рима. Все это полностью или частично сохранилось в городах Истрии.

С падением Римской империи Истрия «пошла в разнос»: готы, франки, славяне, австро-венгры, турки, французы по очереди устанавливали свои флаги в этой удивительно плодородной курортной зоне. Однако в 2008 году, кроме истрийского и хорватского, местные жители признают лишь один флаг: итальянский. Древний Рим, Венеция (что в 50 км отсюда), Италия на троих владели Истрией около 600 лет и сумели завоевать не только власть, но и сердца. Сегодня 30% населения Истрии — итальянцы, все географические названия обязательно пишутся на двух языках.

… Пейзаж за окном ожидаемо красив: слева и справа маленькие города с румяной черепицей на крышах домов, многоцветие растений, виноградные и кукурузные поля, горы, поросшие кустарником и посередине — ровный асфальт.

Знаки «60», «80», «100» регулярно сменяют друг друга и не дают разогнаться. Тому же способствуют электронные табло, рядом со знаками-ограничителями. Табло фиксируют скорость авто, ненавязчиво предлагая сравнить цифры с разрешенной скоростью. На удивление, разогнаться никто и не пытается.

Самосвал, груженый песком, ползет под 40. За ним — вереница с десяток машин, в том числе и наш автобус. Поразмыслив, водитель самосвала съезжает на обочину и терпеливо ждет, пока проедет вся колонна. Гул клаксонов. «Хвала Вам!» - спасибо по-хорватски.

«Вот и стало обручальным нам Садовое кольцо»… С оттенком грусти вспоминаю московские дороги.

x x x
Спустя 1,5 часа после посадки мы подъезжаем к отелю.

- «Sol Garden Istra» - объявляет водитель и въезжает на территорию нового, построенного испанцами, отеля. По номерам припаркованных авто можно изучать
географию Европы: Бельгия, Голландия, Франция, Испания, Германия. Ну и Италия с Хорватией, конечно же.

- Русским надо держаться вместе! - убедительно говорю я трем незнакомым девушкам, покинувшим вместе со мной автобус. Под этим притянутым за уши предлогом
фиксирую в памяти номер их комнаты и отправляюсь к лифту.

Мне — третий. Попутчик не возражает. Мельком изучаю его загорелое лицо. Благородная седина, ироничный взгляд, орлиный нос… Сразу видно — итальянец!

- Старичок, - прерывает мои наблюдения «итальянец». — Ты б развернулся. На третьем выход с другой стороны!

Хех. Значит, наши в городе есть.

Номер мне нравится с первого взгляда. Со второго я найду пару недочетов, но, право слово, не таких серьезных, чтобы отказаться пожить здесь месяц-другой.
Фактически, он двухместный, double single. Просто синглов у них нет. Потом мне расскажут, сколько бы я сэкономил, взяв горящий тур и поехав с кем-то… Но
пусть жаба душит потом, в душной столице, а здесь мне не до таких мелочей.

Включаю телек и, не глядя на экран, иду в ванную. С удовлетворением осматриваю сантехнику и тут до меня доносится мужской хриплый голос. Несколько раз он с надрывом и придыханием повторяет «Нэмочка… Нэмочка…»

«Я-я» - перехожу мысленно на немецкий. — Даст Иш Фантастиш… канал я включил!..

Но через секунду уже понимаю, что это футбольный комментатор:
«Ай-ай-ай… Оффсайд» - причитает он.

… Немочка, кстати — Германия по-хорватски.
x x x

Хорваты без ума от футбола, от своей сборной и от своей страны. Чуть ли не каждая третья машина — с государственным флагом. В день игры сборной жизнь в
Хорватии останавливается. Вся страна с именами Олича, Билича, Мудрича оккупирует экраны. Безумство древнегреческих дионисий повторяется спустя столетия в балканской республике: если команда выигрывает, люди попросту сходят с ума от счастья. Если нет — плачут, не пряча лиц. Последнее я наблюдал сам после драмы «Хорватия — Турция» в 1/8 финала. Болельщик шел домой, рыдая как ребенок.

Наши все воспринимают, наоборот, философски. Такому полезному для сердечной системы подходу нас научила сборная. 20 лет тугих потуг с редкими проблесками.

Однако! Стоило только выиграть у греков, и — на-ча-лось…

После гола Аршавина Голландии, сидя в окружении хорватов, немцев, голландцев, я сломаю от взрыва эмоций дужку солнечных очков, потом буду носиться вокруг бассейна и орать: «РОССИЯ!!»

Но до этого клинического момента мы все вместе переживаем еще и победу над сильной Швецией. 18 июня, в день прилета, я спускаюсь в холл отеля. Опытные соотечественники занимают места за полчаса до трансляции. Нахожу место, попутно знакомясь с народом.

- Павлюченко! - кричит хорватский комментатор. Но это еще не гол, всего лишь прелюдия. Оглядываю аудиторию. Русские, немцы, итальянцы, хорваты. Шведов не видно. Или маскируются. Наших здесь хватает и самый колоритный — Саня из Питера. Упитанный мужичок лет 35 с шарфом «Занита» на шее. Периодически он выскакивает к экрану за хулиганистой дочкой. Девчонке явно футбол по вкусу!

Шутки на поле заканчиваются, инициатива всерьез и надолго переходит к нашим. Очередная атака…

«Гооооол!!!» Я обнимаю соседей.

- Саша! - знакомлюсь в обьятьях.
- Миша! - отвечает соотечественник.
Футбол сближает!..

Кульминацией просмотра становится 81-я минута, когда обескураженная звезда шведского футбола, Златан Ибрагимович, обессиленно и прерывисто выдыхает губами воздух.
- Езжай домой, губошлеп! - раздается зычный голос Сани.

Взрыв хохота сотрясает холл отеля. Наши смеются над простецкой, но удачно сказанной фразой, иностранцы — улыбаются «за компанию».

Назавтра, как и планировали, собираемся погонять мяч. Я только утром осознаю, что играть особо не в чем — не в шлепанцах же!.. Еду на паровозике в близлежащий городок Умаг. Город находится на мысе, в нем всего 6 000 человек, не считая туристов. Через 15 минут нахожу нужный вариант. Поначалу хорват мне предлагает купить Nike за 400 кун (2000 рублей). Но обувь за такие деньги — на 2—3 игры — мне не нужна. Хитро подмигнув, он меня выводит к набережной моря, где у него с десяток пар по «демпинговой» цене. На наши деньги — 350 рублей. Гламурные красно-белые кроссовки с хорватским флагом.

Беру не оглядываясь. Побродив по средневековому Умагу, еду назад на том же паровозе. Взгляд падает на коробку с кроссовками. 350 рублей? Какая-то подстава…
Я еще раз оглядываю обувь.

«Подстава» - вторит моим мыслям надпись на подошве.

Подстава — подошва по-хорватски.

К слову, отыграл 3 матча и до сих пор ношу кроссовки по Москве. Хорватский флаг на что зря не повесят!..

x x x

Я провел в Хорватии 10 дней, 8 из которых были «рядовыми» и два — экскурсионных.
Конечно же, все восемь дней отличаются друг от друга, но строятся по одному и тому же плану.

Итак. Завтрак — с 7 до 10 утра. В районе 9 я выползаю к ресторану с той мыслью на лице, что «утро добрым не бывает». В лифте я обычно встречаю пару-тройку бодрых интуристов, успевших пробежать вдоль моря, искупаться в нем, сделать зарядку и вот только теперь — перекусить. В этот момент мне обычно становится стыдно за бесцельно прожитые годы, обещаю себе завтра же встать в семь и обогнать их всех на пробежке.

В ресторане начинается праздник души и живота. Официант, зная про мою любовь к бокалу вина, спешит к моему столику. Я пью вино, смачно потягиваюсь и понимаю, что жизнь местами удалась. Поскольку отель довольно семейный, за соседним столиком обязательно находится малыш, которому хочется построить рожи. Поскольку родителям его рожи уже в печенках сидят (за завтраком, я имею ввиду), объектом внимания становлюсь я. Тем более, что периодически прихожу на завтрак один и рожи мне строить особо некому.

Далее я следую на пляж. В первый день загорать я начинаю у бассейна, ибо долго не могу получить законное полотенце — сотрудник где-то мирно дремлет и чисто по-русски опоздывает на полчаса. У бассейна мне запоминаются две вещи: итальянка, которая загорает топлесс (не сразу я перестал обращать внимание на эти глупости), и наглый мужик, который яростно свинчивает зонтик с чужого лежака. По повадкам я распознаю в нем русского, но снова жестоко ошибаюсь. Зонтик тырит финн, с которым мы очень мило общаемся по-английски.

«Ничего», думаю я. - «И за границей люди есть».

Теперь о море. Пляж бетонный, зато дно — очень мягкое, вода прозрачная и не такая соленая, как в турецком Средиземном. Памятуя о морских ежах, дна стараюсь не касаться и проникаю в воду исключительно нырком. Однажды я за это поплачусь — случится сильный отлив и в воду я войду ползком на пузе. Благо, ежи не сразу сориентируются…

Где-то вдалеке — по легенде — Венеция. Километров 40—50. Я плыву до буйков в поисках доказательств, но и оттуда ничего не видать. Сам процесс купания необычайно приятен — Адриатическое море просто создано для удовольствия, не устану об этом повторять. От буйков, если повернуться к пляжам, видна вся прекрасная панорама испанских отелей Sol. Между ними курсируют паровозики и все это выглядет сплошной идиллией.

Плавно дело переходит к обеду. Поскольку он не включен в оплаченный отдых, выбираю (или выбираем) самый симпатичный ресторан. Обед обходится рублей в 500. Сосны, белки, запахи и некоторые блюда я уже описал ранее. В ресторане мы знакомимся с официантом Владо. Владо — очень симпатичный мужичок лет 50, судя по лицу — любит приложиться к местной сливовице. Мы с ним отлично сходимся, и он старается обслужить нас по полной программе.

После обеда — отдых. Часа в 4 можно взять велосипед и за 60 минут получить массу впечатлений. В принципе, не ленясь давить на педали, можно съездить в Умаг, купить там разные безделушки, и вернуться обратно.

Ну а потом снова — «отдыхать не работать». Идем гонять мяч, смотреть футбол. После ужина — анимация. Однажды мы здесь видим самый настоящий спектакль, как раз после матча России с Испанией. Актеры играют столь убедительно, что отрицательные эмоции от игры быстро сменяются чем-то более возвышенным.

Вместо анимации можно посидеть в баре, пообщаться, послушать музыку. Все 10 дней нам играл и пел очень талантливый исполнитель, лет 50. Выглядел он довольно забавно. Внешне смахивал на Адольфа того самого Гитлера, но при этом пел такие трогательные вещи…
Один день заканчивается и начинался другой. И как жаль, что в сутках всего 24 часа!..
x x x

Два дня я посвящаю экскурсиям. Сначала — Плитвицкие озера. Это национальный парк, который охраняется Юнеско, как и многое в Истрии. 16 озер, 120 водопадов, 20 пещер… Все это подвергается нашему изучению. Дорожки между озерами довольно узкие, чудом никто из туристов не оказывается в воде. Так что веселья мало, очарования неземной красотой — бесконечно много. Бук, ель, сосна — все это здесь сохраняется в естественном виде.

До Плитвиц мы едем 5 часов на автобусе, и в этом — несомненный минус экскурсии. И, конечно, жара. Но я сижу сразу за водителем. Пять часов по дорогам Хорватии, через города, горы и море — не такая уж утомительная прогулка. Красота вокруг компенсирует усталость.

По дороге назад мы заезжаем на дегустацию — обязательный атрибут экскурсии. Это довольно приятная вещь, скажу я противникам пьянства, и почти не вызывает алкогольную зависимость. В центре внимания традиционная хорватская выпивка — ракия. Она настоена на разных травах и фруктах. Ракия — штука коварная. При 40 градусах она пьется необыкновенно легко. В какой-то момент ноги просто перестают подчиняться центру и внезапно случается «сидячая забастовка». Мы, как опытные дегустаторы, ограничиваемся парой стопочек, дабы распробовать чудесный хорватский сыр. Все попробовав и сделав контрольные закупки, уже с чистым сердцем допиваем открытые бутылки, благо до автобуса три минуты ползком.

x x x

… В последний день пребывания в Хорватии моя дорога лежит в города Пореч и Ровинь с попутным погружением в известные Берединские пещеры. Эта экскурсия менее утомительна. Пореч и Ровинь — древние хорватские города — с высоты птичьего полета похожи друг на друга румяными крышами, но после подробной прогулки Ровинь кажется более интересным местом.

Ровинь — это хорватская Венеция. Дома на окраине города покоятся на воде. Фасады вполне итальянские: старые, будто специально не ремонтируемые; сохнущая в проемах окон одежда. Все выглядит при этом очень стильно. Улочки по-итальянски узкие и каменистые.

Вереница из таких улочек становится нашей тропой к главной достопримечательности Ровиня — церковь святой Эуфемии. Церковь выполнена в венецианском стиле, 60-метровая колокольня дает вам ясно понять: вы в Ровине. Убранство церкви достойно внимания: большую часть здесь занимают статуэтки, иконы святой. Она является защитницей и покровительницей города.

Считается, что Эуфимия погибла во времена правления римского императора Диоклетиана в 304 году. В 15 лет ее бросили к львам, но они не растерзали девушку, не погубило ее и колесование. Тогда ей отрубили голову и саркофог с телом бросили в море. Волны Адриатики прибили его к Ровиню. Через некоторое время мальчик, достававший саркофаг, погиб, тогда его мать взмолилась к Эуфимии, и он воскрес. Святая считается покровительницей города и каждый год 16 сентября поломники со всего мира приезжают почтить память Эуфимии, даже большинство женщин Ровиня носят это имя.

Это не самая веселая история из рассказанных нам в Хорватии. И даже дорога к храму по 35-градусной жаре становится серьезным испытанием — все-таки не в цирк идем… В католической церкви я удивляюсь тому, что здесь нет дорогостоящих свечей, да и нет продавцов. Бросаешь 2 куны (10 рублей) и берешь свечку. Никто не следит за тобой. «А зачем?» - спрашивает хорватка Майя, наш экскурсовод. Люди должны верить друг другу. Ответить вроде как и нечего…

Спускаясь обратно, ловлю на себе пристальный взгляд итальянца. «Руссо? Коммунисто о капиталисто?» - хитро спрашивает меня. Выбор невелик. «Капитолисто» - отвечаю. Вижу, что итальянец явно разочарован ответом.

В Ровине много яхт, катеров, морских такси, как и во всей береговой Истрии. А еще — это город для сладкоежек. Такой ассортимент мороженого и кусочков торта, пожалуй, я не встречал нигде и никогда. Глаза разбегаются у всех, но у девушек — в первую очередь.

Говоря о городах Истрии, нельзя не упомянуть Хум. Это самый маленький город в мире, в нем сейчас проживает всего 18 жителей. При этом город насчитывает 20 зданий. Как и положену городу, в нем есть городская площадь, построенная в XII веке. По иронии, побратимом Хума является столица Китая.
x x x

В небе загорается первая звезда…

Это прощальный вечер.

«Birthday of the Istra Garden!» - гласят надписи в ресторане, лифте, холле. Приятно, что твой последний день здесь совпадает с общим праздником. Все ждут
чего-то необычного и после ужина площадка перед бассейнами начинает медленно заполняться. Отель светится вечерними огнями, наш любимый «Адольф» затягивает что-то из Dire Sraits. Мы вдвоем идем из ресторана. Дорогу можно найти по звуку: напор латинских ритмов заставляет ускорить шаг.

Мы спускаемся к воде.

Удивительное дело. Несколько столиков стоят прямо в бассейне, благо воды — по щиколотку. Темно-синяя вода, свечи вокруг, уходящее в ночь небо… И сальса.

Все внимание зрителей — на профессиональных танцорах. Сальса — особый танец. Это больше, чем набор техничных движений. Это — стиль жизни. Когда-то выученные мною шаги в исполнении танцоров почти не узнаются: настолько плавные иизящные переходы. Развороты, поддержки — все на высшем уровне.

Мы занимаем один из столиков на воде. Вы когда-нибудь танцевали в бассейне?.. Понимая, что на какое-то время затмим танцоров, встаем и пробуем попасть в ритм. Становится весело и смешно одновременно. Я показываю своей партнерше всего четыре шага, но именно они и решают все дело. Мы танцуем и танец этот — сальса!..

В небе уже четко различимы несколько созвездий.

…Латину сменяет фаер-шоу, или попросту — танцы с огнем. Посреди действа сотрудники отеля вывозят в центр сцены огромный торт. Он сразу становится легкой добычей детворы со всей Европы. Торт — он и в Африке торт — connecting people. Ну а детям постарше достается шампанское, все это уплотняется легкими коктейлями. И вот уже стакан случайно, но летит вдребезги. Гуляй, народ!..

Совсем темнеет. Охватываю взглядом все вокруг. Интересно, сколько раз в жизни я еще окажусь здесь? Или не стоит повторяться?.. Сальса отвлекает от секундной философии. Взгляд падает на пожилую пару, им где-то под 70. Но что, что они вытворяют! «Раз-два-три, раз-два-три…» В этот момент хочется возобновить занятия латиной и не бросать уже никогда. Чтобы вот так танцевать каждый вечер и до последнего дня!

…Небо усеяно звездами, когда я возвращаюсь в свой номер. В холле, как обычно, тихо играет музыка. В комнате тоскливо и надо собирать вещи. Как известно, русские пустыми из-за границы не возвращаются. Я с ужасом смотрю на все купленное здесь и постепенно забиваю чемодан «по горло». В последний момент приходит подлая мысль что-то стырить из мини-бара, ибо комната проверена — счета оплачены. Вот же генетика… Царица полей. Наперекор зову сердца вспоминаю слова Владимира Владимырыча: мол, хорош позорить Россию. Надо создавать имидж.

Поскольку воллейбольный мяч, купленный здесь, уже никуда решительно не вмещается, приношу его в жертву хорошим приметам. Надо что-то оставить на память. «For the next guest of 350, Sol Garden Istra. From Russia, with love.» Подписываю мяч и оставляю на столе.

Наивная прелесть — сам над собой подшучиваю в этот момент. Но… в красивые приметы приятно верить!..

Александр Хлевной, Истрия (Хорватия)